Характеристика паренхимы печени по данным нативной КТ на этапах лечения COVID-19

01/08/15

ФИБРОЗ ПЕЧЕНИ

ОПРЕДЕЛЕНИЕ  СТАДИИ С ПОМОЩЬЮ УЗИ с  применением  ЭЛАСТОГРАФИИ.

Течение всех хронических диффузных заболеваний печени (гепатит, гепатоз, цирроз, врожденные и наследственные заболевания и др.) сопровождает фиброз печени. Он является достоверным признаком прогрессирования поражения печени. Избыточное отложение фиброзной ткани нарушает структуру органа, его функции и, в конечном счёте, приводит к циррозу печени. Именно поэтому определение стадии фиброза является прогностически значимым  и используется в клинической практике как один из важных критериев в выборе тактики лечения больных, что особенно актуально при вирусных гепатитах. В зависимости от стадии фиброза печени назначается разное лечение (при стадии F3 стадии нет смысла назначать препараты, которые нужны для лечения первой стадии F1 и т.д.).

В большинстве случаев пораженная патологическим процессом печень, может не давать каких – либо жалоб у пациента, вплоть до серьезных ее изменений, а  такой диагноз, как гепатит,  может быть выявлен случайно.

«Золотым стандартом» оценки выраженности фиброза печени остается биопсия печени.

Но, к сожалению, биопсия печени, оставаясь «золотым стандартом» определения стадии фиброза, все-таки является методом, при применении  которого могут возникать  осложнения, вплоть до летальных исходов. И как метод оценки фиброза печени биопсия печени, имеет  ограничения: при заборе ткани печени может быть получен малый объем биоптата, а значит,  стадия фиброза будет определена неправильно,  также результат исследования зависит от квалификации морфолога. А после лечения желательно повторно оценить ткань печени и для этого опять необходимо провести биопсию.

Существует и метод оценки фиброза печени  с помощью аппарата FibroScan .

Использование этого аппарата позволяет оценить наличие фиброза печени и по результатам компьютерного анализа судить об изменении эластических свойств печени и темпов прогрессирования фиброза.

Но у этого метода так же существует несколько ограничений к проведению исследования — наличие асцита, избыточная жировая клетчатка (тучные пациенты), узкие межреберные промежутки у пациента и, самое главное, что  это «слепое» исследование, т.е. саму ткань печени не видно (исследование проводится ориентировочно из тех точек, где может находиться орган). Поэтому точность этого исследования не очень велика.

Провести обследование печени можно при  УЗИ исследовании (с применением специального программого обеспечения).

При фиброзе печени происходит увеличение плотности  (снижение эластичности) печени. Чем выше стадия фиброза, тем ткань печени становится плотнее (повышается жесткость ткани). Оценка плотности в таком случае очень субъективна, зависит от квалификации врача. Этим методом возможно диагностировать   только диффузные (распространенные) изменения паренхимы печени и невозможно определить стадию фиброза печени.

Все это сделало необходимым поиск надежных, неопасных методов диагностики стадии фиброза, как при первичном обследовании, так и при последующем повторном наблюдении.

В последнее время появился новый, наиболее современный  метод ЭЛАСТОГРАФИИ ПЕЧЕНИ для определения стадии фиброза печени с помощью УЗИ. В нашей клинике стало возможно использовать эту уникальную технологию на аппарате УЗИ Премиум класса Hitachi .

Исследование проводится как при обычном УЗИ —  безболезненно.

Основное преимущество данной методики  это то,  что видно саму ткань печени, т.е. при исследовании можно «убрать» из среза сосуды, которые могут повлиять на показатели оценки стадии фиброза. Оценка при таком исследовании проводится   более качественно с учетом индивидуальных особенностей.

При эластографии печени с помощью УЗИ исследования проводят измерения в нескольких точках. Высчитывается индекс жесткости, а затем высчитывается средний показатель индекса жесткости (с помощью специального  программного обеспечения УЗИ аппарата и специального датчика), который соответствует определенной стадии фиброза.

Преимущества эластографии печени с помощью УЗИ :

—  без лучевой нагрузки, не опасный, без осложнений;

— не нуждается в обезболивании;

— возможность визуализировать ткань печени на экране монитора, для качественного определения точек для оценки показателей;

— возможность определения стадии фиброза при асците (накоплении жидкости в брюшной полости);

-возможность многократного повторного исследования в ходе проводимой терапии для оценки ее эффективности.

Сравнивать  результаты УЗИ с применением методики эластографии   и  фиброскана  в динамике  невозможно (т.к. показатели при УЗИ измеряются в у.е., а при исследовании на Фиброскане в кПа).

Ограничения метода:

Избыточная масса тела (индекс массы тела более 35)

ПОДГОТОВКА ПАЦИЕНТА: 

Для проведения исследования  необходимо чтобы пациент был строго натощак (пить и кушать до исследования нельзя).

В нашей клинике исследование можно провести взрослым и детям (с  7 лет — т.к. при исследовании необходимо периодически задерживать дыхание).

Существует два разных исследования  печени с помощью УЗИ с применением функции эластографии:

1. Оценка стадии фиброза печени (эластография печени для оценки стадии фиброза)

2. Исследование  печени с функцией эластографией для оценки объемного образования (выявленного в печени). Этот вариант исследования применяется только   при обнаружении в ткани  печени патологического образования (опухоль, киста и т.п.) — это уже другой вид исследования печени, где не проводится  определение стадии фиброза печени. При этом варианте эластографии печени возможно  оценить с высокой степенью достоверности (более 80%) доброкачественность или злокачественность выявленного объемного образования печени.

Очень важно, чтобы ни пациенты, ни врачи  не путали эти два разных исследования.

       Таким образом, применение новых современных технологий, к которым относится ультразвуковая эластография, значительно улучшает качество диагностики, позволяет определить стадию фиброза печени для выбора более правильной тактики лечения пациента или оценить жесткость выявленного образования печени для определения к какой группе образование (доброкачественное или злокачественное) относится с большей вероятностью.

Показанием для проведения КТ печени является:

  1. Предоперационное исследование.
  2. Подозрение на опухолевые образования, а также их диагностика.
  3. Выявление последствий травмы.
  4. Диагностика осложнений после операции: гематом, абсцессов и других.
  5. Подозрение на поражения сосудов органа.
  6. Если невозможно провести УЗИ при избыточном жире в области исследования.

Противопоказания для исследования

Ввиду наличия некоторых ограничений к проведению исследования, компьютерная томография органов брюшной полости не может быть рекомендована ряду пациентов. Так, она абсолютно запрещена беременным женщинам, для которых представляет угрозу в связи с возможным тератогенным воздействием на плод рентгеновских лучей.

Также данный метод диагностики не применяется у людей, страдающих явным ожирением. При массе тела обследуемого более 200 кг процедура не может быть проведена даже на самых современных и мощных КТ-аппаратах. Это противопоказание – не исключительная особенность КТ-сканирования; другие исследования также предусматривают ограничения по весу или толщине жировой складки. Например, УЗИ чаще всего бывает невозможна при весе пациентов около 150 кг, а «средние» модели аппаратов для рентгенографии не предназначены для проведения диагностики у людей с массой тела свыше 100-120 кг.

Подготовка к диагностике

Как проводят процедуру?

Томограф представляет собой кольцо к которому прикреплен подвижный диагностический стол. Пациента размещают на столе лежа на спине. Предупреждают о том, что нужно сохранять неподвижность. Задвигают стол внутрь прибора. При сканировании облучается верхний отдел брюшной полости. Поглощение лучей тканями фиксируется датчиками. Изображение получается в процессе обработки компьютером всех полученных импульсов. 

Нормальная картина

В норме ткань печени гомогенна и имеет несколько большую плотность, чем ткань поджелудочной железы, почек и селезенки. Участки меньшей плотности линейной или округлой формы на фоне гомогенной паренхимы соответствуют сосудам печени. Воротная вена обычно визуализируется, а печеночная артерия — нет. Внутривенное введение контрастного вещества уменьшает разницу в плотности между сосудами и паренхимой.

Обычно внутрипеченочные желчные протоки на томограммах не видны, однако общий печеночный и общий желчный протоки нередко визуализируются в виде образований с низкой плотностью. В связи с тем что желчь приближается по плотности к воде, внутривенное введение контрастного вещества приводит к более четкому отличию желчных путей от окружающей паренхимы и сосудов печени.

Желчный пузырь визуализируется в виде округлого или эллиптического образования, имеющего, подобно желчным протокам, низкую плотность. Сократившийся желчный пузырь может не визуализироваться (поэтому исследования необходимо выполнять натощак).

Отклонение от нормы

Патологические образования печени в большинстве случаев имеют меньшую плотность, чем неизмененная ее паренхима. КТ позволяет различить довольно мелкие очаги поражения. Используя сканирование с внутривенным контрастированием, можно лучше отличить патологические очаги от нормальной паренхимы вследствие повышения ее плотности.

Первичная опухоль печени или метастазы имеют вид округлых образований с плотностью, несколько меньшей, чем плотность неизмененной паренхимы, и с четкими или размытыми границами. Однако иногда опухоль не удается выявить, так как она не отличается по своей плотности от окружающей паренхимы. Иногда крупная опухоль деформирует контуры печени. Абсцессы печени имеют вид гомогенных гипоэхогенных очагов, имеющих обычно четкие границы. Кисты печени имеют круглую или овальную форму, резко очерченные границы, они менее плотные, чем абсцессы и опухоли.

Плотность рака печени зависит от его стадии. Свежий тромб по плотности превосходит нормальную паренхиму, плотность организующегося тромба меньше плотности паренхимы печени. Внутрипеченочные гематомы имеют различную форму, субкапсулярные гематомы по форме напоминают серп и отдавливают паренхиму печени от капсулы.

При дифференциальной диагностике механической желтухи и других видов желтухи обращают внимание на состояние желчных протоков; расширение последних является признаком механической желтухи, в то время как нормальный их диаметр свидетельствует о немеханической желтухе. Расширенные внутрипеченочные желчные протоки имеют вид ветвящихся линейных и округлых структур низкой плотности на фоне гомогенной паренхимы печени. В зависимости от уровня обструкции может наблюдаться также расширение общего печеночного, общего желчного протоков и желчного пузыря. Нерезко выраженное расширение желчных протоков легче выявить путем контрастирования.

С помощью КТ обычно удается установить причину обструкции желчных путей, например желчные камни или рак головки поджелудочной железы. Однако если перед операцией необходимо знать место обструкции, прибегают также к чрескожной чреспеченочной холангиографии или эндоскопической ретроградной холангиопанкреатографии (реже).

МРТ или компьютерная томография

Магнитно-резонансная и компьютерная томография основаны на различных технологических процессах и предназначены для различных исследований. В основе компьютерной томографии лежит использование рентгеновского излучения, поэтому ей присущ тот же недостаток — во время исследования пациент подвергается облучению, хотя современные аппараты и позволяют снизить дозу облучения до минимума. Принцип прост, как все гениальное. Рентгеновские лучи проходят область тела, которая исследуется, с разных направлений, а затем с помощью обработки полученной информации строится изображение — срез тела. На экране монитора четко видно, в порядке ли все органы, не изменились ли их размеры, не сдвинулись ли они один относительно другого, не появилась ли опухоль. В отличие от невнятного рентгеновского или очень специфического ультразвукового изображения компьютерный томограф дает четкую картинку. Еще компьютерный томограф может передать точные размеры всего, что есть внутри нашего тела — с точностью до миллиметра.

А в технологии магнитно-резонансной томографии применяются магнитные волны, а не рентгеновское излучение. Пациента помещают в магнитное поле, которое образует МР-томограф. За долю секунды аппарат выделяет радиочастотный импульс, и молекулы тканей человека вступают в резонанс. Поэтому томографию называют не просто магнитной, а магнитно-резонансной. Ядра атомов отправляют колебания в ответ, их регистрирует компьютер, он же проецирует на экране изображение среза тканей и органов в различных плоскостях. В случае необходимости можно получать трехмерные изображения для более точной оценки выявленных изменений. Кстати, первоначально магнитно-резонансная томография называлась ядерно-магнитной — из-за колебаний, идущих от ядер атомов человеческих тканей. Однако слово «ядерный» пугало многих, поэтому и было принято решение переименовать метод, и теперь он называется магнитно-резонансной томографией. Никакой ядерной реакции — и тем более радиации — в МР-томографе нет. Это вообще один из самых безопасных видов диагностики, его при необходимости могут назначить беременным женщинам и маленьким детям.

Примеры патологии печени:

image

Метастазы в печень — множественные низкоплотные очаги разного размера, говорящие о метастатическом поражении, видны в ткани печени

image

Гемангиома печени. КТ

Гепатоцеллюлярная карцинома печени. КГ после контрастирования.

КТ. Жировой гепатоз печени. Определяется выраженное снижение плотности паренхимы печени. На ее фоне хорошо видны неконтрастированные вены печени (стрелки) — симптом инверсии сосудистого рисунка.

КТ с контрастированием. Множественные врожденные простые кисты печени.

КТ печени с контрастированием. Абсцесс печени. Видна полость в паренхиме печени накапливающая контрастное вещество и окруженная толстой, контрастирующейся капсулой.

КТ при фокальной узловой гиперплазии печени: а — на томограмме до контрастирования едва заметно локальное изменение структуры паренхимы печени (стрелка); б — в артериальную фазу контрастирования отчетливо видно гиперваскулярное образование с рубцом в центре (стрелка).

Гепатоцеллюлярный рак (стрелка):

а — в паренхиме печени до контрастирования видна область со сниженной плотностью; б — в артериальную фазу отмечается ее негомогенное контрастирование. Контуры опухоли бугристые, нечеткие

УЗИ Поджелудочной железы УЗИ Селезенки УЗИ Органов малого таза УЗИ молочных желез УЗИ почек УЗИ мягких тканей УЗИ органов мошонки Допплерография УЗИ сосудов головы и шеи УЗИ детям Эластография

Хронический панкреатит характеризуется прогрессирующим поражением ткани поджелудочной железы, ведущим к нарушению ее функции. Наиболее распространенной причиной хронического панкреатита является злоупотребление алкоголем.

Узи может быть полезным для диагностики хронического панкреатита. Не существует стопроцентно достоверных критериев узи диагностики хронического панкреатита. Поэтому диагноз ставится с учетом совокупности множества факторов

УЗИ при хроническом панкреатите.

Из-за недостаточной специфичности его основных эхографических признаков, что приводит к значительной гипердиагностике заболевания (реже — к гиподиагностике) по данным эхографии и требует от врача-терапевта внимательной оценки клинических данных для обоснования диагноза.

Основными эхографическими признаками хронического панкреатита являются:

1) неоднородность эхоструктуры поджелудочной железы преимущественно за счет участков повышенной эхогенности;

2) неравномерное расширение главного панкреатического протока;

3) кальцификаты в паренхиме и камни в панкреатическом протоке;

4) изменение размеров поджелудочной железы (увеличение при обострении из-за отека или уменьшение вследствие атрофии и фиброза в поздних стадиях заболевания);

5) неравномерное повышение эхогенности поджелудочной железы;

6) неровный, иногда «зазубренный», контур поджелудочной железы;

7) болезненность при надавливании датчиком или пальпации поджелудочной железы под контролем УЗИ;

8) дополнительные эхографические признаки хронического панкреатита: сдавление крупных сосудов, холедоха, наличие ретенционных кист и псевдокист;

9) отсутствие изменений поджелудочной железы на ранних стадиях хронического панкреатита при обычном трансабдоминальном УЗИ

В завершение описания эхографических признаков хронического панкреатита отметим несколько моментов, важных для врача-клинициста:

во-первых, диагностическая ценность УЗИ при хроническом панкреатите меньше, чем при остром;

во-вторых, имеющиеся эхографические признаки хронического панкреатита недостаточно специфичны и информативны, диагноз можно устанавливать только при наличии клинической симптоматики и, по крайней мере, повышении ?-амилазы крови;

в-третьих, врачам ультразвуковой диагностики и лечащим врачам следует избегать необоснованной гипердиагностики, когда

хронический панкреатит выносится в заключение протокола УЗИ, а оттуда переносится в клинический диагноз на основании одного-двух неспецифичных и очень субъективных признаков (например, повышение эхогенности), без проведения дифференциальной диагностики с вариантами нормы и состояниями, не связанными с панкреатитом;

в-четвертых, нельзя не согласиться с мнением, что достоверным можно считать заключение УЗИ о хроническом панкреатите при наличии не менее 4-5 основных признаков.

Диффузные изменения поджелудочной железы – такое заключение в некоторых случаях завершает описание изменений, которые нашел врач ультразвуковой диагностики в этом органе. Насколько «страшно» такое заключение и о чем оно говорит, пациенту, как правило, непонятно и это его часто пугает. Поджелудочная железа и ее основные функции Поджелудочная железа расположена на задней стенке брюшной полости и частично закрывается находящимся перед ней желудком. В ней выделяют тело, головку и хвост, плавно, без границ, переходящие друг в друга. Функции у поджелудочной железы две и обе главные. Основная часть ткани поджелудочной железы продуцирует поджелудочный сок, который участвует в переваривании пищи — это внешнесекреторная функция. Но в поджелудочной железе есть еще и другая железистая ткань – так называемый островки Лангерганса, которые секретируют инсулин – гормон, способствующий усвоению глюкозы тканями – эта функция относится к внутренней секреции. Пищеварительный сок собирается в единый проток, который соединяется с общим желчным протоком (он отходит от желчного пузыря) и открывается в области двенадцатиперстной кишки. Таким образом, поджелудочная железа тесно связана с печенью и желчевыводящей системой, и все заболевания печени обязательно отражаются на поджелудочной железе и наоборот. Что такое «диффузные изменения поджелудочной железы» Диффузные изменения поджелудочной железы – это не диагноз, а результат ультразвукового исследования (УЗИ). Слово «диффузные» означает, что изменении равномерно распространены по всему органу. Такие изменения при ультразвуковом исследовании могут быть во многих органах. Прежде всего, такое заключение говорит о том, что в поджелудочной железе нет небольших участков изменений, которые называются очаговыми (очаговые изменения могут говорить, например, о наличии опухоли или камней).Во время УЗИ видно, что нормальная поджелудочная железа в норме однородна. При различных заболеваниях на УЗИ можно увидеть ее увеличение, уменьшение, повышенную или пониженную плотность, а также очаговые изменения. Больше ничего на УЗИ увидеть нельзя, поэтому поставить диагноз на основании одного заключения УЗИ невозможно. Но врач УЗИ обязательно смотрит состояние всех органов пищеварения, так как основное заболевание может быть не в поджелудочной железе, а, например, в печени или в желчевыводящих путях. В поджелудочной железе в этом случае можно увидеть так называемые реактивные (реакция на заболевание другого органа) изменения.Для того чтобы уточнить, например, почему поджелудочная железа диффузно уплотнена,врачу нужны еще дополнительные исследования.  Прежде всего, это биохимический анализ крови, по которому можно судить о функции поджелудочной железы и печени. Необходим также и общий анализ крови, который выявит, например, признаки воспалительного процесса. Для того чтобы уточнить, в каком состоянии находится общий выводной проток поджелудочной железы и желчевыводящих путей, проводится эндоскопическое исследование двенадцатиперстной кишки, во время которого врач-эндоскопист может хорошо рассмотреть ее слизистую оболочку в месте впадения этого протока. Данные всех исследований анализирует терапевт или гастроэнтеролог и только после этого устанавливает окончательный диагноз. Какие диффузные изменения могут быть выявлены в поджелудочной железеВ поджелудочной железе могут быть выявлены диффузные изменения различного характера:

    диффузное уменьшение плотности ткани, снижение эхогенности (способности ткани отражать звук) с одновременным увеличением размеров поджелудочной железы; такие изменения характерны для острого панкреатита, который возникает при нарушении оттока пищеварительного сока из поджелудочной железы; в этом случае пищеварительный сок начинает переваривать ткань поджелудочной железы, она отекает и увеличивается в объеме;

    диффузное уменьшение плотности ткани, снижение эхогенности при нормальных размерах поджелудочной железы; эти изменения похожи на хронический панкреатит, который возникает при нарушении переваривания жирной пищи; выводной проток поджелудочной железы может быть извитым;

    диффузное повышение эхогенности при нормальных размерах поджелудочной железы может говорить о липоматозе поджелудочной железы – частичном замещении ее ткани жиром; это заболевание иногда возникает в пожилом возрасте у больных, страдающих сахарным диабетом;

    диффузные изменения поджелудочной железы с усилением эхогенности и увеличением плотности при нормальных или уменьшенных размерах поджелудочной железы; такие изменения характерны для фиброза поджелудочной железы – замещения ее ткани соединительной тканью, которое происходит после воспалительных процессов в поджелудочной железе или при нарушениях обмена веществ.

Диффузные изменения поджелудочной железы имеют значения для врача только вместе с остальными результатами обследования больного, так как все вместе они позволяют поставить правильный диагноз.

У каждого человека есть слабые стороны здоровья, слабые органы, поражающиеся хроническими болезнями. Для кого – то основной проблемой выступает хроническая рецидивирующая язвенная болезнь, кто – то с рождения живет с пороком сердца, кто – то страдает псориазом, аутоимунными заболеваниями, астмой, хронической ангиной, кого – то постоянно мучает зубная боль, много встречается психических болезней и т.д. Сложно сказать какая болезнь лучше, какая хуже, они все протекают по разному, со своей болью, со своим горем. В современной мире с нашей экологией, модифицированными продуктами и стрессами здоровых людей единицы. Каждый человек проживает свою жизнь со своим личным крестом .Мы искренне желаем Вам счастья и умиротворения, радости просто от того, что мы живем, с хроническим панкреатитом, или без него, мы все проживем целую жизнь, всю свою жизнь, целиком и полностью.

https://doi.org/10.16931/1995-5464.2020372-87 PDF (Rus) | PDF (Eng)

Аннотация

Цель. Оценить плотность печени при нативной КТ у больных COVID-19 в зависимости от степени поражения легочной паренхимы и назначенного лечения, сравнить данные с биохимическими показателями, а также продемонстрировать изменения плотности в динамике.

Материал и методы. Ретроспективно анализировали данные КТ легких 200 пациентов с COVID-19. У всех пациентов измерили плотность печени, селезенки, подкожной жировой клетчатки (ПЖК) на вошедших в зону сканирования изображениях верхних отделов брюшной полости. Изучили отношение плотности печени к селезенке и к плотности ПЖК. Показатели сравнили между собой в двух группах поражения легочной ткани: КТ 1—2 и КТ 3—4. Детально рассмотрели группу КТ 3—4: плотность печени изучена в динамике, а ее связь с биохимическими показателями — при первичном исследовании. Также выполнено сравнение двух подгрупп: пациентов, принимавших тоцилизумаб, и без назначения тоцилизумаба.

Результаты. Уменьшение плотности печени и коэффициента соотношения плотности печени к плотности селезенки отмечено у 35,5 и 47,5% пациентов соответственно. Плотность печени и коэффициент соотношения плотности печени к плотности селезенки были меньше в группе КТ 3—4, чем в группе КТ 1—2, и составляли 43,9 HU по сравнению с 49,3 HU (p < 0,008) и 0,9 по сравнению с КТ 1 соответственно (p < 0,014). При первичном исследовании была получена умеренная (r = -0,30; p < 0,05) и слабая (r = -0,26; p < 0,05) отрицательная корреляция плотности печени и коэффициента соотношения плотности печени к плотности селезенки с уровнем сывороточного альбумина. При оценке в динамике у пациентов в группе КТ 3—4 с каждым последующим исследованием отметили увеличение плотности паренхимы печени и коэффициента соотношения плотности печени к плотности селезенки. Разница между средними показателями плотности печени при первой и при четвертой КТ составила 11,85 HU. Плотностные показатели печени не зависели от лечения тоцили-зумабом.

Заключение. Значения плотности печени были меньше у больных COVID-19 при поражении легочной паренхимы КТ 3—4, увеличивались во время лечения и не зависели от назначения тоцилизумаба. Оценка плотности печени и изучение в динамике может стать полезным параметром в определении тяжести течения заболевания. Сильной взаимосвязи между плотностью при первичной КТ и биохимическими показателями не выявлено. Необходим более детальный анализ этих изменений в динамике, который, возможно, позволит предположить превалирующий механизм поражения печени при COVID-19.

Ключевые слова

печень, COVID-19, КТ, жировой гепатоз, SARS-CoV-2, селезенка

Об авторах

А. Ш. Ревишвили Национальный медицинский исследовательский центр хирургии им. А.В. Вишневского Минздрава России Россия Ревишвили Амиран Шотаевич — доктор медицинских наук, профессор, академик РАН, директор ФГБУ “НМИЦ хирургии им. А.В. Вишневского” Минздрава России.117997, Москва, ул. Большая Серпуховская, д. 27. Г. Г. Кармазановский Национальный медицинский исследовательский центр хирургии им. А.В. Вишневского Минздрава России; Российский национальный исследовательский медицинский университет им. Н.И. Пирогова Минздрава России Россия Кармазановский Григорий Григорьевич — доктор медицинских наук, профессор, член-корреспондент РАН, заведующий отделением рентгенологии и магнитно-резонансных исследований с кабинетом ультразвуковой диагностики ФГБУ “НМИЦ хирургии им. А.В. Вишневского” Минздрава России; профессор кафедры лучевой диагностики и терапии медико-биологического факультета ФГБОУ ВО “РНИМУ им. Н.И. Пирогова” Минздрава России.117997, Москва, ул. Большая Серпуховская, д. 27; 117997, Москва, ул. Островитянова, д. 1. М. Ю. Шантаревич Национальный медицинский исследовательский центр хирургии им. А.В. Вишневского Минздрава России Россия Шантаревич Мария Юрьевна — ординатор ФГБУ “НМИЦ хирургии им. А.В. Вишневского” Минздрава России.117997, Москва, ул. Большая Серпуховская, д. 27. К. A. Замятина Национальный медицинский исследовательский центр хирургии им. А.В. Вишневского Минздрава России Россия Замятина Ксения Андреевна — ординатор ФГБУ “НМИЦ хирургии им. А.В. Вишневского” Минздрава России.117997, Москва, ул. Большая Серпуховская, д. 27. В. И. Сташкив Национальный медицинский исследовательский центр хирургии им. А.В. Вишневского Минздрава России Россия Сташкив Владислава Ивановна — ординатор ФГБУ “НМИЦ хирургии им. А.В. Вишневского” Минздрава России.117997, Москва, ул. Большая Серпуховская, д. 27. А. И. Курочкина Центральный НИИ организации и информатизации здравоохранения Минздрава России Россия Курочкина Алла Ивановна — кандидат физико-математических наук, главный специалист Регламентной службы ведения нормативносправочной информации ФГБУ “ЦНИИОИЗ” Минздрава России.127254, Москва, ул. Добролюбова, д. 11. В. С. Демидова Национальный медицинский исследовательский центр хирургии им. А.В. Вишневского Минздрава России Россия Демидова Валентина Семеновна — доктор биологических наук, заведующая клинико-диагностическим отделом ФГБУ “НМИЦ хирургии им. А.В. Вишневского” Минздрава России.117997, Москва, ул. Большая Серпуховская, д. 27. С. Ю. Кузнецова Национальный медицинский исследовательский центр хирургии им. А.В. Вишневского Минздрава России Россия Кузнецова Светлана Юрьевна — кандидат медицинских наук, начальник отдела организации и контроля качества медицинской помощи ФГБУ “НМИЦ хирургии им. А.В. Вишневского” Минздрава России.117997, Москва, ул. Большая Серпуховская, д. 27. В. А. Хохлов Национальный медицинский исследовательский центр хирургии им. А.В. Вишневского Минздрава России Россия Хохлов Владислав Анатольевич — руководитель группы по работе с МИС (медицинская информационная система) ФГБУ “НМИЦ хирургии им. А.В. Вишневского” Минздрава России.117997, Москва, ул. Большая Серпуховская, д. 27. Д. В. Калинин Национальный медицинский исследовательский центр хирургии им. А.В. Вишневского Минздрава России Россия Калинин Дмитрий Валерьевич — кандидат медицинских наук, заведующий патологоанатомическим отделением ФГБУ “НМИЦ хирургии им. А.В. Вишневского” Минздрава России.117997, Москва, ул. Большая Серпуховская, д. 27.

Список литературы

1. Gorbalenya A.E., Baker S.C., Baric R.S., de Groot R.J., Drosten C., Gulyaeva A.A., Haagmans B.L., Lauber C., Leontovich A.M., Neuman B.W., Penzar D., Perlman S., Poon L.L.M., Samborskiy D.V., Sidorov I.A., Sola I., Ziebuhr J. The species severe acute respiratory syndrome-related coronavirus: classifying 2019-nCoV and naming it SARS-CoV-2. Nat. Microbiol. 2020; 5 (4): 536—544. https://doi.org/10.1038/s41564-020-0695-z.

2. Coronavirus disease (COVID-19) Situation dashboard. World Health Organization, 24 May 2020. https://covid19.who.int.

3. Zhai P., Ding Y., Wu X., Long J., Zhong Y., Li Y. The epidemiology, diagnosis and treatment of COVID-19. Int. J. Antimicrob. Agents. 2020; 55 (5): 105955. https://doi.org/10.1016/j.ijantimicag.2020.105955.

4. Feng G., Zheng K.I., Yan Q.Q., Rios R.S., Targher G., Byrne C.D., Poucke S.V., Liu W.Y., Zheng M.H. COVID-19 and liver dysfunction: current insights and emergent therapeutic strategies. J. Clin. Translat. Hepatol. 2020: 8 (1): 18—24. https://doi.org/10.14218/JCTH.2020.00018.

5. Лучевая диагностика коронавирусной болезни (COVID-19): организация, методология, интерпретация результатов. Препринт № ЦДТ. 2020. II Версия 2 (17.04.2020). Текст: электронный.

6. Fang Y., Zhang H., Xie J., Lin M., Ying L., Pang P., Ji W. Sensitivity of Chest CT for COVID-19: Comparison to RT-PCR. Radiology. 2020; 296 (2): E115—E117. https://doi.org/10.1148/radiol.2020200432.

7. Xie X., Zhong Z., Zhao W., Zheng C., Wang F., Liu J. Chest CT for typical 2019-nCoV pneumonia: relationship to negative RT-PCR testing. Radiology. 2020; 296 (2): E41—E45. https://doi.org/10.1148/radiol.2020200343.

8. Морозов С.П., Проценко Д.Н., Сметанина С.В., Андрейченко А.Е., Амброси О.Е., Баланюк Э.А., Владзимир-ский А.В., Ветшева Н.Н., Гомболевский В.А., Епифанова С.В., Ледихова Н.В., Лобанов М.Н., Павлов Н.А., Панина Е.В., Полищук Н.С., Ридэн Т.В., Соколина И.А., Туравилова Е.В., Федоров С.С., Чернина В.Ю., Шулькин И.М. Лучевая диагностика коронавирусной болезни (COVID-19): организация, методология, интерпретация результатов. М.: ДЗ г. Москвы, 2020. 81 с. http://medradiology.moscow/f/luchevaya_diagnostika_koronavirusnoj_infekcii_covid-19_v2.pdf.

9. Кармазановский Г.Г., Замятина К.А., Сташкив В.И., Шантаревич М.Ю., Кондратьев Е.В., Семенов Ф.М., Кузнецова С.Ю., Козлова А.В., Плотников Г.П., Попов В.А., Чупин А.В., Грицкевич А.А., Чилилов А.М., Печетов А.А., Курочкина А.И., Хохлов В.А., Калинин Д.В. Компьютернотомографическая диагностика и мониторинг течения вирусной пневмонии, обусловленной вирусом SARS-CoV-2, при работе “Госпиталя COVID-19” на базе Федерального специализированного медицинского научного центра. Медицинская визуализация. 2020; 24 (2): 11—36. https://doi.org/10.24835/1607-0763-2020-2-11-36.

10. Информация о новой коронавирусной инфекции для медицинских работников. 2020. https://www.rosminzdrav.ru/ ministry/med_covid19.

11. Assessment Report ForRoActemra [Internet] 1st ed. London: European Medicines Agency; 2009. [accessed 2017 January3] http://www.ema.europa.eu/docs/en_GB/document_library/EPAR__Public_assessment_report/human/000955/WC500054888.pdf.

12. Временные методические рекомендации. Профилактика, диагностика и лечение новой коронавирусной инфекции (COVID-19). 2020; Версия 6 (28.04.2020). 165 c. https://www.rosminzdrav.ru/ministry/med_covid19.

13. Lei P., Zhang L., Han P., Zheng Ch., Tong Q., Shang H., Yang F., Hu Yu., Li X., Son Yu. Liver injury in patients with COVID-19: clinical profiles, CT findings and their correlation with the severity. Eur. J. Pediatr. 2020; 18: 1-18. https://doi.org/10.21203/rs.3.rs-28692/v1.

14. Xu L., Liu J., Lu M., Yang D., Zheng X. Liver injury during highly pathogenic human coronavirus infections. Liver Int. 2020; 40 (5): 998-1004. https://doi.org/10.1111/liv.14435.

15. Chen N., Zhou M., Dong X., Qu J., Gong F., Han Y., Qiu Y., Wang J., Liu Y., Wei Y., Xia Jia’an, Yu T., Zhang X., Zhang L. Epidemiological and clinical characteristics of 99 cases of 2019 novel coronavirus pneumonia in Wuhan, China: a descriptive study. Lancet. 2020; 395 (10223): 507-513. https://doi.org/10.1016/S0140-6736(20)30211-7.

16. Zhang C., Shi L., Wang F.S. Liver injury in COVID-19: management and challenges. Lancet Gastroenterol. Hepatol. 2020; 5 (5): 428-430. https://doi.org/10.1016/S2468-1253(20)30057-1.

17. Guan W., Ni Z., Hu Yu, Liang W., Ou C., He J., Liu L., Shan H., Lei C., Hui D.S.C., Du B., Li L., Zeng G., Yuen K.-Y., Chen R., Tang C., Wang T., Chen P., Xiang J., Li S., Wang Jin-lin, Liang Z., Peng Y., Wei L., Liu Y., Hu Ya-hua, Peng P., Wang Jian-ming, Liu J., Chen Z., Li G., Zheng Z., Qiu S., Luo J., Ye C., Zhu S., Zhong N. Clinical characteristics of 2019 novel coronavirus infection in China. N. Engl. J. Med. 2020; 382 (18): 1708-1720. https://doi.org/10.1056/NEJMoa2002032.

18. Ji D., Qin E., Xu J., Zhang D., Cheng G., Wang Y., Lau G. Implication of non-alcoholic fatty liver diseases (NAFLD) in patients with COVID-19: a preliminary analysis. J. Hepatol. 2020; 73 (2): 451-453. https://doi.org/10.1016/j.jhep.2020.03.044.

19. Shi H., Han X., Jiang N., Cao Y., Alwalid O., Gu J., Zheng C. Radiological findings from 81 patients with COVID-19 pneumonia in Wuhan, China: a descriptive study. Lancet Infect. Dis. 2020; 20 (4): 425-434. http://dx.doi.org/10.1016/S1473-3099(20)30086-4.

20. Kumar P., Sharma M., Kulkarni A., Rao P.N. Pathogenesis of liver injury in coronavirus disease 2019. J. Clin. Exp. Hepatol. 2020; May 20. (in press, corrected proof available online [accessed: 2020 June 01]) https://www.jcehepatology.com/article/S0973-6883(20)30074-8/abstract. https://doi.org/10.1016/j.jceh.2020.05.006.

21. Chai X., Hu L., Zhang Y., Han W., Lu Z., Ke A. Specific ACE2 expression in cholangiocytes may cause liver damage after 2019-nCoV infection. bioRxiv. Preprint February 04, 2020. https://doi.org/10.1101/2020.02.03.931766.

22. Hanley B., Lucas S.B., Youd E., Swift B., Osborn M. Autopsy in suspected COVID-19 cases. J. Clin. Pathol. 2020; 73 (5): 239242. https://doi.org/10.1136/jclinpath-2020-206522.

23. Hodgman M.J., Garrard A.R. A review of acetaminophen poisoning. Crit. Care Clin. 2012; 28 (4): 499-516. https://doi.org/10.1016/j.ccc.2012.07.006.

24. Fan Z., Chen L., Li J., Cheng X., Yang J., Tian C., Zhang Y., Huang S., Liu Z., Cheng J. Clinical features of COVID-19-related liver damage. Clin. Gastroenterol. Hepatol. 2020; 18 (7): 1561-1566. https://doi.org/10.1016/j.cgh.2020.04.002.

25. Zhang X.J., Cheng X., Yan Z.Z., Fang J., Wang X. , Wang W.., Liu Z.-Y., Shen L.-J., Zhang P., Wang P.-X., Liao R., Ji Y.-X., Wang J.-Y., Tian S., Zhu X.-Y., Zhang Y., Tian R.-F., Wang L., Ma X.-L., Huang Z., She Z.-G., Li H.. An ALOX12-12-HETE-GPR31 signaling axis is a key mediator of hepatic ischemiareperfusion injury. Nat. Med. 2018; 24 (1): 73-83. https://doi.org/10.1038/nm.4451.

Для цитирования:

Ревишвили А.Ш., Кармазановский Г.Г., Шантаревич М.Ю., Замятина К.A., Сташкив В.И., Курочкина А.И., Демидова В.С., Кузнецова С.Ю., Хохлов В.А., Калинин Д.В. Характеристика паренхимы печени по данным нативной КТ на этапах лечения COVID-19. Анналы хирургической гепатологии. 2020;25(3):72-87. https://doi.org/10.16931/1995-5464.2020372-87

For citation:

Revishvili A.S., Karmazanovsky G.G., Shantarevich M.Yu., Zamyatina K.A., Stashkiv V.I., Kurochkina A.I., Demidova V.S., Kuznetsova S.Yu., Khokhlov V.A., Kalinin D.V. Characteristics of the liver parenchyma according to the native CT examinations data at the stages of COVID-19 treatment. Annaly khirurgicheskoy gepatologii = Annals of HPB Surgery. 2020;25(3):72-87. https://doi.org/10.16931/1995-5464.2020372-87

Просмотров: 8046image Контент доступен под лицензией Creative Commons Attribution 4.0 License.

Оцените статью
Рейтинг автора
4,8
Материал подготовил
Михаил Галушко
Гастроэнтеролог, кандидат медицинских наук, стаж - более 27 лет.
А как считаете Вы?
Напишите в комментариях, что вы думаете – согласны
ли со статьей или есть что добавить?
Добавить комментарий