Как долго живут пациенты после трансплантации печени?

Перейти к: навигация, поиск

Пересадка печени (син. трансплантация печени) — операция замещения печени реципиента трансплантатом от донора.

image image

Пересадка печени может быть орто- или гетеротопической. При ортотопической пересадке трансплантат помещают на место удаленной печени реципиента и восстанавливают нормальные топографо-анатомические взаимоотношения (рис. 1). Гетеротопическая пересадка предполагает сохранение пораженной печени реципиента и размещение трансплантата в брюшной полости, в правом паравертебральном канале, в тазу, в левом подреберье, вместо удаленной селезенки (рис. 2) или почки.

Впервые ортотопическая Пересадка печени в клинике была выполнена в 1963 г. Старздом (Е. E. Starzl), а гетеротопическая — в 1964 г. Абсолоном (К. Absolon).

Показания — первичные злокачественные опухоли печени, конечные стадии цирроза печени и острого гепатита (вирусного, медикаментозного или токсического), а также билиарная атрезия и врожденные ферментопатии, связанные с печенью (болезнь Вильсона — Коновалова, болезнь Ниманна — Пика и др.).

Удаление печени у донора выполняют после крестообразной лапаротомии. Печень мобилизуют со всех сторон, последовательно выделяют общий желчный проток, воротную вену, печеночную артерию, над- и подиеченочный отделы нижней полой вены. Удаленный трансплантат консервируют простой холодовой перфузией (см.) через воротную вену cбалансированным электролитным р-ром в количестве 1500 мл с t° 4° под давлением 70—100 см вод. ст. После отмывания и охлаждения печени ее сосудистое русло заполняют р-ром белковых фракций плазмы или 5% р-ром альбумина.

При подшивании донорской печени реципиенту вначале накладывают верхний анастомоз нижней полой вены (каво-кавальный), соединяют концы воротных вен и открывают портальный кровоток, затем накладывают артериальный и нижний каво-кавальный анастомозы. Для отведения желчи накладывают холецистоеюно-, холецистодуодено-, холедохохоледохо- или холедохоеюно-анастомоз в сочетании с наружным дренированием.

В период перерыва кровотока по воротной и нижней полой венам происходит депонирование крови в бассейне воротной вены и нижней половине туловища. Венозный возврат крови к сердцу уменьшается примерно на 50%, в связи с этим развивается гиповолемия, что может привести к значительному снижению артериального давления.

С целью профилактики гипотензии Кан (R. Y. Caine, 1979) рекомендует производить массивные переливания крови, особенно в момент наложения зажима на надпочечный отдел нижней полой вены и в период восстановления кровотока в трансплантате.

Перед пуском кровотока трансплантат повторно отмывают от продуктов метаболизма перфузионньш раствором.

Гетеротопическая Пересадка печени технически проще, т. к. при ней не удаляется печень реципиента, остаточная функция которой может поддерживать жизнедеятельность организма в период адаптации трансплантата или при отторжении его (см. Несовместимость иммунологическая). Однако гетеротопическая Пересадка печени имеет ряд недостатков, связанных как с трудностью размещения трансплантата в ограниченном пространстве, так и с «конкурентными» физиологическими отношениями, развивающимися между собственной печенью (при наличии ее остаточной функции) и трансплантатом.

Способы сосудистых реконструкций при гетеротопической пересадке печени могут быть с полным восстановлением притока крови к ней и с частичным за счет притока только артериальной или только венозной крови (в частности, портальной).

В Научно-исследовательском институте трансплантологии и искусственных органов М3 СССР под руководством В. И. Шумакова и Э. И. Гальперина разработана методика забора и внебрюшинной пересадки левой доли печени (II и III сегментов) в правую или левую подвздошную ямку с притоком портальной крови (рис. 3) или без притока.

Одним из главных осложнений при Пересадке печени является кровотечение, обусловленное нарушением свертывающей системы крови, к-рое, как правило, возникает вследствие ишемического повреждения трансплантата и сопровождается внутрисосудистым тромбообразованием. В таких случаях оправдано применение всего комплекса кровоостанавливающих препаратов.

Для профилактики и лечения криза отторжения используют иммунодепрессантные препараты, циклофосфамид, азатиоприн, преднизолон, гидрокортизон, антилимфоцитарный глобулин (см. Иммунотерапия). У нескольких реципиентов Старзл (1979) с успехом применил длительную катетеризацию грудного протока.

К 1977 г. зарегистрировано 318 операций Пересадки печени, выполненных в различных клиниках мира, причем 16 больных перенесли повторную пересадку. 47 реципиентов жили после ортотопической пересадки более 9 лет, а после гетеротопической — более 5,5 лет. Несмотря на то, что Пересадка печени освоена в клинике лучше, чем пересадка легкого (см.) и поджелудочной железы (см.), в этой области имеются нерешенные проблемы, касающиеся взятия органа у живого донора при так наз. мозговой смерти, что запрещено в СССР. Имеются многие нерешенные технические и иммунологические аспекты, резко ограничивающие использование этой операции в клинике.

См. также Трансплантация (органов и тканей).

Библиография: Шумаков В. И. и др. Пересадка левой доли печени в эксперименте и клинике, Хирургия, № 6, с. 22, 1978; Calne R. Y. Transplantation of the liver, Ann. Surg., v. 188, p. 129, 1978; Daloze P. a. o. Enzyme replacement in Niemann—Pick disease by liver homotransplantation, Proc. 5th Int. congr. Transplant. soc., p. 607, N. Y. a. o., 1975; Starzl T. E. a. o. Liver transplantation — 1978, Transplant. Proc., v. 11, p. 240, 1979; Starzl T. E. a. o. The quality of life after liver transplantation, ibid., p. 252.

В. И. Шумаков.

Категория: Источник: Большая Медицинская Энциклопедия (БМЭ), под редакцией Петровского Б.В., 3-е издание

Рекомендуемые статьи

18:15 20.01.2011 © Flickr / Roberto_Garcia Читать ria.ru в Около 10% больных, которым была пересажена донорская печень, нуждаются в повторной трансплантации этого органа, сообщил РИА Новости главный трансплантолог России Сергей Готье.

МОСКВА, 20 янв – РИА Новости. Около 10% больных, которым была пересажена донорская печень, нуждаются в повторной трансплантации этого органа, сообщил РИА Новости главный трансплантолог России Сергей Готье.

Состояние здоровья главы компании Apple миллиардера Стива Джобса, внезапно ушедшего в бессрочный отпуск, остается в фокусе внимания американских СМИ. Медицинские эксперты журнала Forbes допускают, что трансплантация ему в 2009 году донорской печени могла осложниться синдромом хронической неприживаемости.

Если Джобс столкнулся именно с таким сценарием послеоперационного отторжения, не исключено, что ему потребуется второе аналогичное сложнейшее хирургическое вмешательство, пишет издание. Эксперты журнала не исключают, что глава Apple мог получить осложнение в результате приема препаратов, которые дают побочный эффект в виде подавления иммунной системы, кровотечения, почечной и печеночной недостаточности.

“Около 10% трансплантационных больных требуется повторная трансплантация”, – сказал Готье. Он добавил, что успех операций во многом зависит от настроя пациента. “Дело в том, что уверенность в успехе очень важна, а иначе, наверное, нет смысла. Уверенность эта должна быть основана на том, что человек верит людям, которые ему хотят помочь”, – сказал он.

По мнению хирурга, в сообщении журнала Forbes о пересадке печени приведены данные 25-летней давности о том, что “вероятность выжить у пациента после такой операции в течение первого года составляет 70%, в течение последующих пяти лет – не более 25%”. Он отметил, что сейчас выживаемость после операций, связанных с пересадкой этого органа, в среднем в мире составляет 90%.

Очень многое, по словам врача, зависит от того, по какому поводу была проведена трансплантация печени. “Если это цирроз печени, осложненный гепатитом, то это выживаемость в течение десяти лет 80%. Если по поводу рака и онкологических поражений, то эти цифры, приведенные в сообщении, в общем, подходят” – сказал главный трансплантолог РФ.

Готье отказался делать какие-либо прогнозы в отношении будущего Джобса. “В какую категорию он попал, я сказать не могу. Я думаю, что если бы это было онкологическое поражение, ему бы не стали предлагать трансплантацию. Это говорит в его пользу”, – сказал Готье.

Впервые о заболевании 55-летнего Джобса стало известно в 2003 году. В 2004 году он лечился от рака поджелудочной железы, а в 2009 году перенес операцию по пересадке печени.

Размер текста Aa Aa AaРедакция (добавил(а) 4 февраля 2011 в 15:55)

Трансплантология во всем мире развивается такими темпами, что сейчас каждый врач, работающий в стационаре, должен владеть хотя бы базовой информацией по этому вопросу. А начинать накопление соответствующих знаний, вероятно, имеет смысл с представления о трансплантации печени. Поскольку в Украине, как и в масштабах всей Земли, растет частота вирусных, аутоиммунных и токсических поражений печени, циррозов различного генеза, актуальность пересадки печени с каждым годом возрастает.

На данное время пересадка печени является второй по частоте трансплантационной операцией. Так, согласно данным статистики, в мире ежегодно совершается 40 – 50 тысяч пересадок органов. Из них:

  • трансплантация почки – порядка 26 000 операций;
  • трансплантация печени – около 10 000 операций;
  • пересадка сердца – до 4 500 операций;
  • трансплантация легких – около 1 500 операций;
  • пересадка поджелудочной железы – около 1 000 операций.

По данным статистики, только в Украине ежегодно появляется нужда:

  • в трансплантации почек – около 4 000 операций;
  • в трансплантации печени – около 2 500 операций;
  • в трансплантации сердца – около 2 000 операций.

Впрочем, учитывая растущую потребность в пересадке печени (поскольку, увы, количество заболеваний, при которых подобное хирургическое вмешательство является единственным эффективным методом радикального лечения пациента и спасения его жизни, с каждым днем увеличивается), исследователи не исключают, что со временем операции трансплантации печени могут занять лидирующее место.

Трансплантация печени: немного истории

Первые опыты по пересадке печени были начаты более 60 лет назад. И поначалу осуществлялись гетеротопические (от греч. «heteros» –  другой и «topos» –  место) операции, в ходе которых в помощь «родному» органу подсаживалась донорская печень. Но, несмотря на успех технического выполнения самой операции, ее результаты нельзя было признать удовлетворительными, так как у больных довольно быстро развивалась атрофия пересаженной печени. Еще через 10 лет была выявлена основная причина развития атрофии печени после ее гетеротопической  трансплантации – невозможность сохранения портального кровотока в донорском органе. Однако этой проблемы не возникает при аутотопической (ортотопической) трасплантации, предполагающий помещение донорского органа (или его части) на место удаленного органа реципиента. Собственно, сегодня, говоря о пересадке печени, мы имеем в виду именно такие операции.

1 марта 1963 года в США под руководством хирурга Томаса Старлза, который признан основоположником трансплантологии, была осуществлена первая аутопическая пересадка печени: печень 5-летнего ребенка с опухолью мозга была пересажена другому ребенку, на 2 года младшему, страдающему билиарной атрезией. Увы, хотя технически эта операция была произведена безупречно, маленький пациент умер через 5 часов. В дальнейшем ученым были проведены еще десятки  подобных операций, после которых максимальный срок жизни больных составлял не более 12 месяцев. Причиной смерти каждого из них стала коагулопатия, причину которой длительное время не удавалось понять. В  последующем оказалось, что основной причиной посттрансплантационной коагулопатии являлось отторжение пересаженного органа. И только при введении в практику иммуносупрессивной терапии нового препарата – азатиоприна – который был  добавлен к преднизолону и антитимоцитарному глобулину, продолжительность жизни больных после операции по пересадке печени увеличилась.

В 1967 году первая успешная операция по пересадке печени была осуществлена в Кембриджском университете. А в 1968 году на конгрессе хирургов США были представлены трое детей, у которых полностью прижилась и нормально функционировала трансплантированная печень. В итоге, если до 1980 года Томасом Старлзом было произведено всего лишь 170 операций по пересадке печени, после памятного в бывшем СССР года «имени Олимпиады-80» операция трансплантации печени стала совершенно обычной и широко распространенной. На сегодняшний день в одном только институте Томаса Старлза выполняется ежегодно более 600 операций по пересадке печени, а во всем мире – это тысячи операций в год.

В Украине впервые операция по пересадке печени была произведена в 1994 году в Запорожье.

Однако невзирая на «заслуженность» операций по пересадке печени, разработка все новых и новых методик трансплантации печени не прекращается и до сегодняшнего дня. При этом показания к трансплантации расширяются, а сами оперативные вмешательства становятся все более безопасными.

В настоящее время при трансплантации печени чаще всего осуществляется не полный перенос органа, а производится пересадка части печени донора реципиенту. Чаще всего реципиентом являются родственники больного, реже осуществляется пересадка трупного органа.

Трансплантация печени: показания

Трансплантация печени может быть показана при таких заболеваниях:

  • Вирусный гепатит В, С, D
  • Аутоиммунный гепатит (первичный билиарный цирроз, первичный склерозирующий холангит)
  • Болезнь Вильсона-Коновалова
  • Нарушение обмена альфа-1-антитрипсина
  • Гемохроматоз
  • Поликистоз печени
  • Муковисцидоз
  • Рак печени
  • Острая печеночная недостаточность в связи с экзогенной интоксикацией

Коротко можно резюмировать, что трансплантация печени фактически является единственным радикальным методом лечения любых врожденных и приобретенных заболеваний печени, сопровождающихся циррозом. Тем более что процедура, аналогичная почечному диализу, при печеночной недостаточности невозможна.

Показания к трансплантации печени можно разделить на две группы: абсолютные и относительные (условные).

Абсолютными показаниями к пересадке печени служат:

  • Терминальные стадии цирроза печени.
  • Быстро прогрессирующие формы хронической печеночной недостаточности.

Относительные показания к трансплантации печени:

  • Хроническое диффузное дистрофическое заболевание печени, при котором ожидаемая продолжительность жизни составляет менее 1 года.
  • Цирроз печени с энцефалопатией.
  • Цирроз печени с повторными кровотечениями из расширенных вен пищевода.
  • Цирроз печени, сопровождающийся гепаторенальным синдромом, устойчивым асцитом, нарастающей печеночной недостаточностью.
  • Очаговое заболевание печени, при котором технически невозможна резекция (из-за большого очага или при множественных очагах).
  • Прочие (в целом более 50).

При хронических заболеваниях печени показанием к трансплантации печени также может считаться снижение качества жизни, отсутствие эффекта от консервативного лечения и прогнозируемая высокая эффективность операции.

Разумеется, пациент, которого готовят к трансплантации печени, должен быть предупрежден о том, что он пожизненно должен будет получать иммуносупрессивную терапию. При этом необходимо подчеркнуть, что прием соответствующих медикаментов подразумевает минимум дополнительных ограничений: женщины, перенесшие успешную трансплантацию печени, смогут даже беременеть и вынашивать детей. Однако периодически «владельцу» пересаженной печени необходимо обследоваться для контроля состояния.

Трансплантация печени: противопоказания

При принятии решения о трансплантации печени, необходимо взвесить и оценить вероятность  успеха операции и все риски. В первую очередь, во внимание принимаются противопоказания к пересадке органа.

Абсолютными противопоказаниями к проведению трансплантации печени являются:

  • Декомпенсированные заболевания сердца, легких, ЦНС.
  • Системные инфекции, не поддающиеся лечению (резистентный туберкулез, ВИЧ-инфекция, сифилис), период активной репликации вируса гепатита В, С.
  • Онкологические заболевания.
  • Полное отсутствие психологической готовности пациента к пересадке печени.
  • Не поддающийся лечению алкоголизм (в виду отсутствия целесообразности операции).

Все остальные противопоказания (возраст старше 60 лет, активный вирусный гепатит В, С, тромбоз воротной вены, холангиоцеллюлярный рак печени, ожирение, ранее проводимые операции на печени и желчевыводящих путях и пр.) считаются относительными.

Трансплантация печени: представление о подготовке и осуществлении операции

Трансплантация печени осуществляется в специализированных трансплантационных центрах. В развитых странах – например, в Европе, США и Японии – таких центров насчитывается около 200. В каждом трансплантационном центре есть так называемый лист ожидания, в который внесены все пациенты, которые нуждаются в трансплантации того или иного органа. Каждый из пациентов, значащихся в листе ожидания, полностью обследован и должен быть готовы в любое время суток явиться на операцию. По прибытии в центр трансплантации пациенту повторно экстренно делаются все анализы и УЗИ брюшной полости.

При появлении донора, из списка листа ожидания вначале выбираются те пациенты, которым в наибольшей степени подходит данный орган (как минимум, должны совпадать группы крови донора и реципиента), а уже из этой группы – тот больной, который больше всех нуждается в пересадке. Это, так сказать, процедурная часть операции.

Что же касается непосредственно техники трансплантации печени, то в обзорной статье можно привести только самую общую информацию. Например, что, если производится пересадка печени от удаленного реципиента, операция должна быть произведена в течение не более 6 ч после получения донорского органа.

Непосредственно операция трансплантации печени длится в среднем около 11 часов (от 7-8 до 15 часов) в зависимости от типа операции пересадки печени, среди которых наибольшее распространение получили:

  • Сплит-трансплантация, когда каждая из долей донорской печени пересаживается разных реципиентам, и которая позволяет сохранить жизнь сразу нескольким больным.
  • Трансплантация от живого кровного родственника, который отдает часть своей печени.

Наиболее эффективной, безопасной и короткой операцией является трансплантация части печени живого кровного родственника. Впервые этот вид трансплантации печени был успешно осуществлен Кристофом Броилшем из США. При этом важно подчеркнуть, что такая операция как в краткосрочной, так и в долгосрочной перспективе считается безопасной для донора, поскольку печень является органом, который способен полностью восстановиться в кратчайшие сроки даже при удалении 80-85% органа. То есть, уже через 2-3 недели после операции функция печени донора полностью восстанавливается.

Согласно методике, предложенной Кристофом Броилшем, трансплантация части печени иногда осуществляется и сейчас – у здорового родственника берется левая доля печени и пересаживается взрослому реципиенту (детям пересаживается часть доли). Однако в последнее время трансплантологи все чаще используют правую долю печени донора, так как ее проще получить и пересадить, следовательно, операция оказывается короче и легче. Длительность такой операции – 7-8 часов.

Операционный доступ – L-образный брюшной. Сначала удаляется часть печени реципиента, потом (а нередко параллельно) с помощью такого же доступа визуализируется печень реципиента, пересекаются сосуды и печень резецируется. Донорский желчный пузырь практически всегда удаляется, а желчь направляется в кишечник. На следующем этапе осуществляется непосредственно трансплантация, во время которой хирурги формируют сосудистые и желчевыводящие анастомозы (возврат крови к сердцу во время операции обеспечивает механический насос).

В послеоперационном периоде реципиенту проводится краткосрочный альбуминовый диализ с помощью аппарата «искусственная печень, который позволяет быстрее снять интоксикацию и ускорить выздоровление, пока не начнет функционировать пересаженная печень.

Как правило, срок пребывания в стационаре после пересадки печени – до 1 месяца, а в реанимационном отделении сразу после операции – до 10 дней. В дальнейшем, согласно протоколам лечения, больной должен будет принимать иммуносупрессоры пожизненно и на первых порах посещать трансплантационный центр каждые 2 недели для УЗИ и анализов. Опасность отторжения трансплантата особенно велика в первые 6 месяцев после операции. Однако применение циклоспорина обеспечивает 80%-ную приживляемость трансплантированной печени.

На сегодняшний день, по некоторым данным, послеоперационная летальность среди реципиентов гораздо меньше 0,1%, а двухгодичная выживаемость среди реципиентов составляет более 90%. В течение 10 лет  после трансплантации печени более 80% больных выздоравливают, ведут активный образ жизни и чувствуют себя удовлетворительно.

Оценка:  –> –> –> –> –>Комментарии

Сначала казанские врачи сделали девочке операцию по Касаи. Цель этой операции – сформировать сброс желчи из печени напрямую в кишку. Раньше считалось, что такая операция помогает детям выжить. Однако, современная мировая литература говорит о том, что в 92% случаев операция Касаи не эффективна, и у младенцев все равно возникают показания к трансплантации печени. В два года Камиле пересадили часть печени от папы в Центре им.Шумакова. 

Девочке сейчас девять лет, она учится во втором классе, отличница.

– Только одна «4» по математике, – уточняет мама девочки, – а вообще Камиля ничем не отличается от ровесников – занимается рисованием, танцами.

– Чаще всего показанием к трансплантации печени у детей являются врожденные пороки развития: билиарная атрезия, поликистоз печени, либо генетические заболевания, такие как болезнь Байлера, болезнь Алажиля, синдром Криглера-Найяра, заболевания, связанные с нарушенным обменом ферментов в печени (метаболическая патология), – рассказывает трансплантолог ФГБУ НМИЦ трансплантологии и искусственных органов им. академика В. И. Шумакова Константин Семаш. – К примеру, при билиарной атрезии и при некоторых генетических заболеваниях нарушается желчеотток от печени и развивается цирроз, при котором тяжесть состояния ребенка прогрессирует с каждым днем все больше, и без должного лечения ребенок может не дожить и до полугода. Некоторые заболевания, такие как тирозинемия, могут очень быстро прогрессировать в рак печени, и нужно успеть сделать трансплантацию, пока у ребенка не развилась злокачественная опухоль. Аутоиммунный гепатит, когда организм вырабатывает антитела против своей же печени, то есть сам разрушает ее. Практически все эти заболевания приводят к циррозу печени и к жизнеугрожающим состояниям, когда единственный шанс спасти ребенка – это сделать трансплантацию.

– Заболевание может развиться в любом возрасте, но чаще всего такие заболевания диагностируют с рождения. Можно заподозрить наличие билиарной атрезии у детей с первых дней жизни. Некоторые врожденные заболевания (например, генетические) требуют дополнительной дифференциальной диагностики. Чаще всего врачи роддомов могут спутать желтуху в исходе пороков развития желчевыводящих путей с желтухой новорожденных, и выписать больного пациента домой, не направив его на дополнительное обследование.

С учетом комплексной статистики, результаты трансплантации хорошие: большинство маленьких пациентов вырастают, ходят в школу, работают, занимаются спортом. Что уж говорить, если пациент, которому была сделана первая в мире родственная трансплантация правой доли печени в 1997 году, ведет полноценный и активный образ жизни – на момент пересадки ему было 9 лет, – поясняет доктор Семаш.

Маленькой Даше только недавно исполнился годик. У нее тоже была диагностирована билиарная атрезия. В восемь месяцев девочка перенесла трансплантацию печени – донором стала мама.

– После наших операций доноры ведут прежний образ жизни, качество жизни после донации никак не меняется. Донору проводится комплексное обследование, так как не каждый человек может быть донором части печени по причине неподходящей анатомии (большие размеры предполагаемого трансплантата, анатомические особенности строения и кровоснабжения печени и т.д.), либо по причине плохого здоровья. Донором может быть только здоровый человек, мы не можем подвергать жизнь и здоровье доноров опасности.

После операции донор проходит плановую реабилитацию. Печень после резекции регенерирует в течение нескольких недель. Смертельных исходов и тяжелых осложнений при родственной донации в России не было. Выписка после операции, при отсутствии осложнений, происходит на 5-7 послеоперационные сутки.

После трансплантации и реабилитации ребенок может вести обычный образ жизни, как и другие дети. Единственное различие в том, что этот ребенок будет принимать иммуносупрессивные препараты, которые подавляют иммунитет для того, чтобы пересаженный орган не отторгался. Следовательно, нужен более тщательный контроль за гигиеной и окружением ребенка, – резюмирует Константин Семаш.

Источник: https://doctorsemash.com/pedia-liver-tx/

18 июня 2018, 11:45 image

  • Записала Ольга Алфёрова
  • Статья
  • Мы и другие

Белгородская областная больница святителя Иоасафа – одна из 43 медицинских организаций (на 85 регионов России), где проводят операции по трансплантации органов. Центр трансплантации при больнице с 2007-го по 2017 год сделал 30 трансплантаций печени, 74 – почек, пять – сердца. В 2018 году медики запланировали 12 пересадок.

Мария. Трансплантация почки

«Я не афиширую свою болезнь, зачем? У нас отношение к больным людям несколько осуждающее: раз больной, значит, сам виноват. Больным быть как будто неприлично. Но я хочу сказать, что это не про каких‑то далёких людей. К сожалению, это может случиться с каждым, независимо от образа жизни.

В моём случае поликистоз почек – это генетическое заболевание. Причина неясна. Начинается перерождения почечной ткани, растут кисты, и почки не в состоянии работать. От этой болезни умерла моя мама.

А я узнала о своём диагнозе в 25 лет. Мне его просто озвучили, но лечения никакого тогда не было. Слава богу, к тому моменту я успела родить сына, потому что потом мне бы это сделать не удалось: слишком опасно.

Это ужасно, когда молодые, незамужние девушки обнаруживают такую болезнь. Однако сейчас это не приговор – я лично знаю случаи, когда девушки рожали после трансплантации почки.

Я мучилась от давления, отёков, болей, пока мне не назначали гемодиализ. Я прожила на нём четыре года и врагу этого не пожелаю. Процедура заключается в том, что специальный аппарат забирает кровь, очищает её и вливает обратно человеку. По сути делает работу почек, которые не справляются с этим. Процедуру проходишь три раза в неделю по четыре часа. Тебе спасают жизнь, но при этом портятся сосуды, сердце, кости, ухудшается общее самочувствие.

На сегодня другого варианта пока нет. Это даёт возможность дотянуть до трансплантации. В западной медицине стараются не доводить до гемодиализа. Когда становится понятно, что человек в зоне риска и его почки рано или поздно откажут, его сразу ставят в лист ожидания.

В силу некоторых причин я встала в очередь на трансплантацию в Москве. Человек должен быть готов в течение четырёх часов приехать в больницу, если найдётся подходящий донор. Мы оставили здесь квартиру, работу, взрослого сына, друзей и переехали на четыре года в Москву.

image Фото Ольги Алфёровой

Я очень ждала операцию. От диализа становилось всё хуже и хуже. Было сложно в моральном плане: ты просто хочешь жить нормальной жизнью, как обычный здоровый человек, но получается, что ты как бы подспудно ожидаешь, пока где‑то умрёт тот, кто станет для тебя донором… Знаю, что меня спас мужчина. Не знаю ни его имени, ни от чего он погиб. Нельзя знать.

Моя семья была готова мне помочь, муж, невестка предлагали стать донорами, но, поскольку они не кровные родственники, это невозможно. Мы много путешествовали, поэтому я немного знаю, как это устроено в других странах. В Испании быть донором очень почётно, люди даже носят значки и гордятся этим. Как и в Германии, где донором могут быть супруги или друзья.

Позвонили ночью. Я не испытывала страха, а напротив, почувствовала огромное облегчение. Я ждала этой операции. Сейчас у меня инвалидность и пожизненный приём лекарств. И операция, и рецепты бесплатные, мы ни копейки никому не заплатили, хотя и то и другое стоит безумных денег. Всё это оплачивает государство.

Со мной в отделении лежала совсем молодая женщина, которой трансплантировали лёгкие. Она до этого год не выходила на улицу и не видела свою дочь, потому что была привязана к дыхательному аппарату весом 18 кг. У неё появился шанс жить и вырастить свою маленькую дочку.

Мы с мужем вернулись домой, в Белгород, снова начинаем потихоньку путешествовать – это наша с мужем страсть, занимаемся финской ходьбой, словом, снова стали жить нормальной жизнью. На фоне этих событий многие проблемы в жизни кажутся совершенной ерундой. Определённо, я стала больше ценить каждый момент жизни».

Андрей. Трансплантация почки

«Была новогодняя ночь. Мне лет 11–12, мы с пацанами играем в прятки. Помню, оказался в дверном проёме, и один из ребят, не зная, что я там, сильно толкнул дверь. После удара мне было плохо, стал утомляться, не мог заниматься физкультурой. Врачи нашли опущение почки с нарушением функции. С тех пор я каждые полгода лежал в больнице по месяцу – то на лечении, то на обследовании.

В военкомате меня комиссовали. Я начал работать в сельской школе учителем технологии, получил высшее педобразование, приехал в Белгород. Сейчас работаю водителем и сторожем в детском саду. Езжу по области и очень люблю свою работу: движение, дорога, новые места! Я много лет прожил в Белгороде и даже не знал, какие красоты есть вокруг. То в Холки поедем, то через лес красивый, то байбаков встретим – красота!

У меня были жуткие головные боли, давление 280/160, я задыхался, не мог подняться на первый этаж, а ночами просто ходил по комнате, потому что лежа и сидя не мог дышать. Когда мне было 29 лет, меня отправили на диализ, а ещё через неделю почки отказали.

Я паникёр. Интернета ещё толком не было, информации никакой, что делать дальше – неясно. Как работать, как семью кормить в таком состоянии, когда я даже в туалет сходить сам не могу? Не знаю, как моя жена вытерпела меня тогда, – я нервничал дико. Скажу честно: плакал тогда в больнице, и меня очень поддержала медсестра. Упокоила меня, всё по полочкам разложила, рассказала, что дальше делать.

image Фото Ольги Алфёровой

Полтора года я провёл на диализе. Друзья помогли деньгами, я купил машину, стал работать в такси. Хозяин был хороший: разрешил мне работать с таким графиком, чтобы я трижды в неделю по полдня проводил в больнице.

На одного донора претендовали 12 человек. У нас брали массу анализов, люди отсеивались, и в итоге остались я и девушка Лена на трансплантацию почки и один человек – печени. Мы с Леной после этого стали как брат с сестрой. 

Мы были первые люди в Белгороде, которым пересадили трупную, а не родственную почку. Специально для этой операции приезжали хирурги из Москвы. А в реанимации нас выхаживали потрясающе заботливые врачи и медсёстры, хотя мы и были капризные, ворчливые.

В апреле сделали операцию, в августе я вышел на работу. С тех пор прошло уже 11 лет. 

Я получил вторую группу инвалидности со смешной пенсией – 6 тыс. рублей, поэтому продолжаю активно работать. Мне ещё дочку поднимать, учить, так что расслабляться не время. 

В целом жизнь у меня обычная, есть ограничения по еде и алкоголю плюс постоянный приём препаратов. Только периодически возникают проблемы – рецепт есть, а лекарств в аптеке нет. Были перебои по три месяца. Мы не можем прерывать приём, даже суточный пропуск иммуноподавляющего может запустить необратимый процесс. Друг другу помогали, делились тем, что было в запасах. 

Со многими людьми из отделения мы сохранили тёплую дружбу. У одного дочка родилась. Лена замуж вышла. Ещё один мой друг стал фотографом. В общем, у всех как‑то жизнь наладилась». 

Василий. Трансплантация сердца

«Когда мне было три года, мой отец погиб, и мы с сестрой оказались в детском доме. Я окончил школу-интернат, служил в стройбате в Харькове, получил права и стал работать водителем.

Много лет провёл за рулём. Водил городской транспорт, потом занимался пассажирскими перевозками, возил людей в другие города, на юг. Эти дальнобойные рейсы – ничего хорошего для здоровья: кофе литрами, сигареты, бессонные ночи, ответственность за людей огромная. 

В 2004 году у меня случился обширный инфаркт. Перед каждым выездом мы на работе проходили медосмотр. Зашёл к врачу и оттуда уже не вышел – уехал на скорой. Я вообще никогда не болел до этого, даже карточки своей не было. И вот мне 42 года – и у меня обширный инфаркт.

Полежал в реанимации, чуть оправился и перешёл на другую работу: стал управлять строительным миксером. Дома жилые строили, птичники, курятники для предприятий. Здесь было попроще в том плане, что меньше общения с людьми, меньше стресса и режим более-менее нормированный.

image Фото Ольги Алфёровой

Три года назад у меня был тяжёлый развод, а с ним – масса некрасивых историй, предательство, суды, делёжка имущества. Вся эта драма меня и подкосила окончательно: резкое ухудшение здоровья, обследование, аневризма. Сердце работало вполсилы, еле гоняло кровь. Меня поставили в очередь на трансплантацию, но предупредили, что прождать можно и год, и два, и десять. Если дождаться вообще.

Но мне повезло. Через полгода мне позвонили и сказали, что есть подходящий донор. Нас вызвали вдвоём с ещё одним пациентом: у нас была одинаковая группа крови, но я больше подошёл по остальным показаниям. 

Вся информация о доноре держится в секрете. Но я знаю, что это был мужчина. Молодой – всего 22 года, не пил, не курил. Инсульт. 

Операция длилась часов 11. Потом – две недели в реанимации, жуткие бредовые видения, кислородный аппарат, куча антибиотиков. Ещё месяц в стационаре. До меня всего две пересадки сердца было, и я – первый выживший. Опять повезло.

После операции прошёл почти год. У меня первая группа инвалидности, но я плачу алименты, поэтому приходится подрабатывать. 

Конечно, жизнь изменилась после операции. Я горстями принимаю препараты, подавляющие иммунитет, потому что организм никогда не привыкнет к новому органу и будет его отторгать. Раз в несколько месяцев сдаю кровь, ложусь на биопсию. Много лет не пью кофе, не курю, а алкоголь и раньше меня не особо интересовал. 

Из‑за сниженного иммунитета для меня чем меньше народу вокруг – тем лучше. Впрочем, мне по душе уединение. Живу я один, в частном доме. 

Не могу сказать, что операция сильно изменила меня или моё отношение к жизни. Наверное, для чего‑то это случилось, значит, что‑то ещё мне предстоит интересное узнать в этой жизни. Может, детям своим ещё смогу пригодиться?»

Читайте также Мы и другие: мусульмане

Оцените статью
Рейтинг автора
4,8
Материал подготовил
Михаил Галушко
Гастроэнтеролог, кандидат медицинских наук, стаж - более 27 лет.
А как считаете Вы?
Напишите в комментариях, что вы думаете – согласны
ли со статьей или есть что добавить?
Добавить комментарий